Хорошие люди не получают воздаяния? Просветление старого монаха принесло ему внезапное осознание

Это правдивая история случилась в уезде Пинъинь города Цзинань, провинции Шаньдун, в большой деревне под названием Хунганчи. На западе деревни жил «добрый человек», а на востоке — «злой». Большинство жителей этой деревни носили фамилию Хань, и эти две семьи не являлись исключением.

Хань, живший в западной части деревни, был добросердечным человеком и всегда готов был помочь любому, кто обращался к нему за помощью, особенно бедным. Он приглашал их к себе домой на обед, затем наполнял их мешки зерном, чтобы они могли забрать его домой, неоднократно повторяя, что возвращать его не нужно.

Если приходили монахи или даосские священники с просьбой о подаянии, он лично приветствовал их и предлагал им почётное место за столом. Он также тратил собственные деньги на ремонт мостов и дорог для жителей деревни. Со временем дети и внуки переняли пример «доброго человека» и стали относиться ко всем, кто обращался к ним за помощью, с добрым сердцем. Жители всех окрестных деревень стали называть его «добрым человеком».

Житель восточной части деревни был полной противоположностью «доброму человеку». Кто бы ни обращался к нему с просьбой, даже родственники, он не признавал своих близких и был совершенно равнодушен к людям, словно скупой скряга, которому наплевать на всё. Бедняки, приходившие к нему за помощью, не только ничего не получали, но и подвергались словесным оскорблениям.

Когда к нему приходили просить милостыню, он не только ничего не давал, но даже натравливал свирепых собак, чтобы те не вошли внутрь. Его потомки относились к тем, кто искал помощи, точно так же, как и он сам, с суровым лицом и сердитыми словами. Поэтому люди дали ему прозвище «злой человек».

Летом того же года «добрый человек» скончался. В богатых семьях существовал обычай, согласно которому тело умершего должно было оставаться дома в течение семи дней. Однако «добрый человек» умер в период изнуряющей летней жары, и уже на второй день его тело начало разлагаться, а похоронная одежда была испачкана выделениями. Детям ничего не оставалось, как в спешке захоронить тело на третий день. Его дети и внуки были глубоко опечалены и скорбели.

Зимой того же года скончался и «злой человек». Поскольку «злой человек» умер в период самых холодных зимних дней, его дети и внуки семь дней прощались с ним, прежде чем устроить пышные похороны. Они говорили всем: «Все считают, что наша семья плохая, что у нас плохая фамилия. Почему же наш отец умер зимой, а его тело оставалось чистым? Небеса действительно добры к нашей семье!»

Сын «доброго человека» был очень расстроен, услышав это: «Мой пожилой отец всю жизнь творил добро, и в конце не получил достойного ухода из жизни. Ему не так повезло, как тому, кто постоянно творил зло». Чем больше он думал об этом, тем сильнее огорчался несправедливости судьбы. Его дети и внуки обсудили это и решили: отныне они не будут стараться быть добрыми. Так, день за днём, дети и внуки «доброго человека» ожесточились, начали творить зло: перестали давать милостыню просящим, перестали помогать бедным и отказывали тем, кто приходил просить подаяние.

Утром в день годовщины смерти «доброго человека» к его дому пришёл старый монах и настоятельно попросил милостыню. Сын «доброго человека» сказал: «Пожалуйста, уходите! Моя семья уже не в состоянии принимать гостей». Затем он рассказал историю смерти своего отца, становясь всё более печальным по мере того, как говорил. В конце концов он сказал, что попытки быть добрым принесут только несчастье, и что Бог слишком несправедлив.

Старый монах с улыбкой выслушал его и сказал: «Я покажу тебе кое-что, и ты перестанешь так думать».

С этими словами старый монах достал из-за пазухи медное зеркало. Сын с любопытством подошёл и увидел в нём своего отца, одетого в шёлк и атлас, в одежде, увешанной драгоценными жемчужинами, с седыми волосами и молодым лицом, сидящего в кресле и пьющим чай! Много людей обслуживали его внутри и снаружи помещения. Старый монах сказал: «Одежда, в которую был одет Старик, когда уходил, покрытая кровью, — это та же одежда, в которую он одет сейчас, а те драгоценные жемчужины — это личинки, которые ползали по его телу после смерти». Сын широко раскрыл глаза и рот.

Старый монах сказал: «Посмотри ещё раз на „злого человека“». Говоря это, он перевернул медное зеркало в руке и увидел, что тот человек, который ушёл в красивом шёлковом и атласном саване, переродился ослом с блестящей чёрной шерстью. Его привели в полуразрушенную соломенную хижину, чтобы тянуть жернова. Вокруг стояли люди, те самые, которым он отказал в помощи.

Каждый из них держал в руках толстую палку, и когда осёл тянул жёрнов, тот, мимо кого он проходил, поднимал палку и избивал его до крови. «Это произошло потому, что „злой человек“ не вернул долги этим людям, и теперь, после смерти, ему приходится расплачиваться таким образом. И это не прекращается ни на минуту, круглый год, день за днём, год за годом, он продолжает тянуть жёрнов и получать удары…», — продолжил монах.

Увидев это, сын доброго человека внезапно осознал истину, быстро сложил руки в знак почтения и сказал: «Спасибо, учитель, за ваше просветление! Вся наша семья будет творить добрые дела, как наш отец!». Не успел он закончить свою речь, как увидел золотой свет. Когда он поднял голову, старый монах исчез, и он понял, что это было божественным просветлением. С тех пор эта семья стала ещё усерднее совершать добрые дела и ещё искреннее относиться к монахам, собирающим пожертвования.